«От частных архивов до туристических снимков»: как исследуют фотографию в Питерской Вышке
Фотография способна не только сохранить лица и события, но и зафиксировать следы эпохи. Постдок Лаборатории визуальной истории Рамина Абилова работает с семейными архивами, снимками иностранных путешественников 1920–1930-х и советскими фотожурналами, чтобы через визуальные свидетельства лучше понять прошлое. Во Всемирный день фотографии поговорили с Раминой о ее пути в науку и том, как снимки помогают восстанавливать историю.
— Расскажите о вашей академической карьере. Когда вы занялись фотографией?
— Я заинтересовалась этой темой еще в студенческие годы, которые провела в Казанском федеральном университете. Тогда я много снимала, посещала тематические мероприятия, участвовала в городских выставках. Решение писать дипломную работу о фотографии выросло из этого увлечения и стало его логическим продолжением.
Предметом исследования я выбрала частные (их еще называют семейными или домашними) фотоколлекции жителей татарских и русских сел. В работе попыталась реконструировать практику ведения домашних архивов и вместе с тем показать, каким образом альбомы и россыпи помогают в изучении широкого прошлого сельских поселений. В исследовании я проанализировала около десяти тысяч фотографий и провела интервью с владельцем каждого архива, который использовала для исследования.
В аспирантуре я сместила фокус внимания и посвятила диссертацию российской историографии фотографии — решила разобраться в том, как другие исследователи работают с фотографическими источниками. Незадолго до выпуска устроилась в Музей изобразительных искусств Республики Татарстан. Это помогло мне на деле разобраться в формировании и хранении фотографических коллекций, а заодно — стало хорошим подспорьем для кандидатской.
— Расскажите подробнее о работе в музее.
— После защиты кандидатской я продолжила работать в ГМИИ Республики Татарстан и за семь лет успела примерить на себя разные роли. В последние годы в основном занималась хранением, курировала выставки и публичную программу музея: организовывала лекции, экскурсии, кинопоказы, дискуссии с фотографами. Параллельно преподавала в Казанском государственном институте культуры и вела курсы о визуальном искусстве и кураторстве.
Тот период был очень плодотворным и увлекательным, но из-за высокой нагрузки времени на собственные тексты почти не оставалось. Тогда я осознала, что хочу сосредоточиться на исследовательской деятельности, и присоединилась к Антропошколе Тюменского государственного университета, чтобы изучить фотоматериалы Урала и Сибири и познакомиться с учеными из других областей.
— Почему вы решили присоединиться к НИУ ВШЭ — Санкт-Петербург? Как прошел ваш первый год в постдокторантуре?
— Когда я узнала об открытии Лаборатории визуальной истории, то сразу поняла, что для меня это идеальное место работы, которое полностью соответствует профессиональным интересам. Немалую роль сыграл профессорско-преподавательский состав: многие ученые Высшей школы экономики вдохновляли меня и вызывали большое уважение. Хотелось поработать с ними.
Сейчас я изучаю фотографии, сделанные иностранцами в Советском Союзе в 1920–1930-е годы. Стремлюсь определить, в чем особенность и ценность этих снимков, а также ответить на вопросы «Что происходило с фотографической практикой в раннем СССР? Как она регулировалась?»
За прошедший год мне удалось сдать в печать несколько рукописей. Каждая из них раскрывает фотографический опыт заграничных гостей в зависимости от целей их визита и уровня мастерства: как журналистов, путешественников-лекторов, исследователей или фотолюбителей.
Кроме того, для книги «Сделано в СССР: материализация нового мира» под редакцией Александра Фокина я написала главу о фотоаппаратостроении в годы первой пятилетки. На основе архивных документов и материалов периодических изданий, вроде «Фотографа», «Советского фото», «Фотокора» и «Советского объектива», я рассказала, какие условия потребовались, чтобы запустить массовое производство московского «ЭФТЭ», ленинградского «Фотокора № 1» и легендарной «советской лейки» — ФЭДа.
Помимо собственных научных исканий, я занимаюсь со студентами. Вместе с ребятами из Питерской и Московской Вышки мы изучаем фотографии англоязычного журнала Soviet Travel (Sovietland), который издавался под эгидой «Интуриста» и «Жургаза» в 1932–1941 годы. Как и в знаменитом издании «СССР на стройке», предназначенном для международной аудитории, на его страницах представлены снимки именитых фотографов: Елизаветы Игнатович, Елеазара Лангмана, Макса Пенсона, Александра Родченко, Аркадия Шайхета, Маргарет Бурк-Уайт. Все это представляет большую исследовательскую ценность.
— С чего посоветуете начать знакомство с фотографией?
— Санкт-Петербург отличается развитой сетью специализированных институций. Музей истории фотографии, РОСФОТО, ФотоДепартамент, школа «Докдокдок» — везде проводятся выставки, лекции, публичные дискуссии. Если хотите познакомиться с ранней фотографией и разобраться в работе хранителей и реставраторов, советую посетить экскурсию в реставрационно-хранительском центре Эрмитажа «Старая Деревня». Если интересуетесь редкими фотокнигами и каталогами — загляните в отдел эстампов и фотографий Российской национальной библиотеки.
Погружение в историю рекомендую начать с книг Елены Бархатовой, Валерия Стигнеева, Ирины Чмыревой. Желающим разобраться в научной стороне вопроса предлагаю почитать исследование Игоря Нарского «Фотокарточка на память: семейные истории, фотографические послания и советское детство», а также коллективную монографию под редакцией Гила Пастернака The Handbook of Photography Studies («Справочник фотографических исследований»).
