• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Магистерская программа «Сравнительная политика Евразии»

“Здесь важно ваше мнение, а не то, какими словами вы его выразили.” Максим Савиных рассказывает о том, сложно ли учиться на английском языке

Многие знают, что наша магистерская программа реализуется полностью на английском языке. Кого-то это пугает, кто-то по этой причине не уверен, стоит ли подавать документы на “Сравнительную политику Евразии”. Наш студент второго курса Максим Савиных поделился своим опытом обучения в англоязычной магистратуре после русскоязычного бакалавриата.

Максим Савиных

Максим Савиных
Максим Савиных

Максим, расскажите, пожалуйста, о себе, где Вы учились ранее и почему решили поступить на нашу программу?

Я закончил СПбГЭУ, где учился на программе по регионоведению. В “Сравнительной политике Евразии” меня, прежде всего, привлекла модель обучения, когда нет загруженности огромным количеством разных курсов, часть из которых оказывается абсолютно ненужной. Напротив, существует возможность выбирать наиболее интересные для себя предметы. Потом я просмотрел в интернете странички буквально всех преподавателей, которые работают на программе. Большинство имеют англоязычные публикации в ведущих международных журналах, а это означает, что они, скорее всего, профессионалы. И еще я знал о том, что в ВШЭ есть возможность оценить преподавателя после прохождения его курса. Это дало мне понимание, что наверняка на программе не должно быть каких-то совсем неинтересных предметов или плохого отношения к студентам. Так в итоге и оказалось.

При выборе магистратуры Вас не смутило обучение на английском языке? Были какие-то страхи или сомнения?

Будет лукавством, если сказать, что я не волновался. Мой английским был далек от совершенства. Помимо относительно простого словарного запаса, я испытывал некоторые трудности в понимании носителей языка. Я боялся, что если скажу что-то не так, то окажусь под шквалом критики одногруппников или преподавателей, а если не пойму что-то из того, что они сказали, то упущу какой-то важный момент и, в конечном итоге, буду отчислен из университета. Да, да, именно такой полет мыслей у меня был. Все это оказалось, конечно, полной глупостью, и я понял это очень быстро.

Отличается ли изучение политической науки на английском и русском? На каком языке, как Вам кажется, подача и усвоение материала лучше?

Однозначно отличается. Во-первых, ученые в неанглоязычных странах прекрасно понимают, что если они опубликуют свои исследования на английском языке, то у них элементарно будет больше читателей и цитирования. Соответственно, подавляющее количество статей и материалов по политологии публикуется именно на английском. А если программа исключительно на русском, то, выходит, студент скорее всего будет отрезан от передовой мысли в политических исследованиях. Причем, неважно, каким регионом интересуется студент. Например, я могу себе представить изучение политических процессов на Ближнем Востоке без знания арабского, но гораздо труднее это сделать, не владея английским. Хотя русскоязычных статей по данной тематике хватает, их число не идет ни в какое сравнение c англоязычными публикациями. Те же ученые из арабских стран стремятся издать свои работы на английском и так обстоит дело с любым другим регионом или страной.

Если продолжать специфику именно политологии, то на английском гораздо проще найти понятный материал по методологическим и теоретическим вопросам. Например, мне нужно было разобраться в том, как работает метод process-tracing. Материалы на русском мне не помогли, а вот на английском я нашел статьи, которые очень доступно с большим количеством примеров объясняли, что это за метод и как им пользоваться.

Вместе с тем, конечно, на родном языке проще учиться, но усвоение материала на английском – это не проблема, а скорее дело привычки. Да, первые недели или два-три месяца может быть дискомфортно. Однако к этому быстро адаптируешься. В конце концов, английский – это не какой-нибудь венгерский или вьетнамский язык.

И еще я бы добавил, скажем так, утилитарный момент. У меня много друзей учатся на русскоязычных политологических программах. Они часто сталкиваются с непониманием выбора их образовательного направления со стороны своих близких. Некоторых родители или знакомые называют их даже «болтологами». Однако, если вы учитесь на англоязычной политологической программе, то это сразу убирает подобные претензии и окружающие с уважением говорят о вас: “Он полностью учится на английском!”. И потом, если после выпуска вы поняли, что не хотите идти в сферы, непосредственно связанные с политологией, то факт того, что вы обучались на иностранном языке, даст хорошие перспективы.

В целом, сложно ли было Вам первый раз обучаться полность на английском?

Самым сложным был первый день, когда нам объясняли организационные моменты. Но не потому, что я что-то не понимал, а потому что я волновался. Новые люди, новое место, да еще и говорят не на родном языке. После того, как я вышел из университета, помню, как долго думал, все ли я правильно понял, не упустил ли что-то. Все эти опасения были напрасными. На второй день обучения я познакомился с итальянскими студентами, которые тоже очень сильно переживали из-за своего английского. Один из них даже спросил меня, не отчислят ли его из-за того, что он плохо говорит по-английски. Я рассмеялся, осознав, что не одного меня мучают такие страхи, и на душе стало гораздо легче.

Вместе с тем, на семинарских занятиях я не всегда мог изложить мысль так, как хотел. Из-за этого было иногда тяжело поднимать руку для ответа. Какое-то время я отмалчивался, благо во ВШЭ, если не хочешь отвечать, то заставлять не будут – вы сами решаете, готовы что-то говорить или нет. Доброжелательность преподавателей и комфортное студенческое окружение сильно мне помогли. Через два месяца я стал довольно часто участвовать в дискуссиях на семинарах, а на второй год обучения и вовсе почти всегда что-то комментировал.

Что можете посоветовать абитуриентам, которые рассматривают нашу магистерскую программу?

Во-первых, однозначно поступать. Не знаю, на сколько мое восприятие репрезентативно, но я уверен, что это одна из лучших программ по политологии в России. Кроме того, у нас было довольно много зарубежных студентов, в том числе из Европы и Америки. Они говорили, что наша программа нисколько не отстает от международных стандартов, а в некоторых случаях идет на шаг впереди. Например, ребята из немецких и итальянских университетов были рады адекватному соотношению лекций и семинаров (в их университетах лекционная часть занимала основную часть времени, а возможности для коммуникации между студентами и преподавателями оставалось меньше). То есть, «Сравнительная политика Евразии» дает студенту возможность получить хорошее образование международного уровня, не выезжая за пределы страны. Мне кажется, что в условиях нынешних сложностей – это особенно актуально.

Во-вторых, если у вас есть какие-то опасения по уровню своего английского, то смело их отбрасывайте. Прежде всего, нужно понимать, что бóльшая часть людей, приходящая на англоязычную программу, волнуется. Даже многие ребята, у которых был вышкинский бэкграунд с англоязычными предметами, испытывают те же чувства. Волнение есть и у других студентов. Помните об этом и уровень напряжения станет ниже.

Если вы допускаете ошибки в грамматике, то ничего страшного. В таком случае вас никто не будет критиковать или оценивать за это. Вы ведь пришли не на лингвистику, а на политологию. Здесь важно ваше мнение, а не то, какими словами вы его выразили. И, конечно, если преподаватель или одногруппники вас не понимают, то они обязательно переспросят, и вы сможете донести свою позицию. То же самое касается словарного запаса. Не можете выразить мысль также красиво, как на русском? Говорите простыми словами. Забыли какое-то слово посреди ответа и не приходит в голову никаких аналогов? Со мной так бывало тысячу раз. Вы просто можете сказать “can’t remember this term” и сказать его на русском. Преподаватель или другой студент вам подскажут. И, наконец, если стесняетесь своего акцента, то не стоит этого делать. Да, у нас, конечно, были ребята, которые говорили почти как носители (да были и сами носители). Однако таких абсолютное меньшинство. Я рекомендую вам посмотреть видео, как говорят иностранцы, для которых английский язык не родной. Например, у генерального секретарь ООН Антонио Гуттереша очень сильный португальский акцент, и он иногда допускает грамматические ошибки в своих интервью. Так если руководителю крупнейшей международной организации можно, то почему вам нельзя? 

Если же вы полностью не можете освободиться от волнения из-за английского, то можно перед парами порепетировать свои ответы. Как правило, вы либо точно знаете, либо примерно понимаете, какие темы будут обсуждаться (иногда преподаватели прямо высылают список вопросов для дискуссий). Такой подход, во-первых, уменьшит волнение и сделает ваш ответ лучше, во-вторых, вы лучше запомните материал.

Также не стоит бояться англоязычных материалов. Во-первых, социальные науки – это все же не биология или химия, где английский язык действительно очень сложный. Во-вторых, если все-таки вам попалась статья, где присутствует много терминов, которые вам неизвестны, а сил уже не осталось, то онлайн переводчики в помощь. Да, они переводят по-разному, но общую суть передают. Однако, чтобы вечно ими не пользоваться, рекомендую время от времени куда-то записывать незнакомые слова. Я, например, создал чат в телеграме, куда могу в любой момент добавить неизвестный мне ранее термин.

Наконец, думаю, многие испытывают сомнения по поводу написания эссе, курсовых, дипломной работы на английском. Тоже не стоит этого бояться. Как я уже говорил, если в вашей работе будут какие-то грамматические неточности, то преподаватель не будет за них снижать оценку. Важно только содержание! И еще сейчас существует много программ, которые бесплатно могут улучшить качество вашего слога. Я, например, пользуюсь DeepL write и Languagetool.

Беседовала Вероника Бердникова