• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Антиамериканизм сеют элиты, по мере «необходимости»

Антиамериканские настроения укрепляются в российском обществе под влиянием самых высокопоставленных и образованных его членов. Доклад Эдуарда Понарина на научном семинаре под руководством Евгения Ясина из цикла «Экономическая политика в условиях переходного периода».

В своем исследовании (подробнее о нем можно прочитать на сайте opec.ru) Эдуард Понарин и его коллеги по Лаборатории сравнительных социальных исследований НИУ ВШЭ проследили рост антиамериканских настроений как среди российских элит, так и среди населения в целом на протяжении последних двадцати лет. Выборка элит при этом составила 240 человек и включала представителей шести групп: академиков, журналистов, депутатов Госдумы, силовиков, руководителей частных и государственных компаний.

Тенденция к росту антиамериканизма бросается в глаза, его резкие подъемы приходятся на 1999 и 2008 годы — авторы исследования связывают их с напряженностью в российско-американских отношениях по поводу Югославии и Грузии соответственно. Примечательны два обстоятельства: элиты демонстрируют более высокую степень антиамериканизма, чем рядовые граждане, а наиболее резко против США настроены респонденты, родившиеся в 1960-е годы. Эта возрастная когорта пережила радикальную переоценку («ресентимент» по терминологии исследователей) представлений о США: если в начале 1990-х годов данная когорта была самой благожелательной по отношению к Америке, то сейчас она наиболее «антиамериканская».

Столь разительные перемены связаны с разочарованием — и в либеральных реформах, и в самих США как стране-идеале. Быстро проложить путь в рыночный рай не удалось, американские советы не слишком помогли, да и поведение США на международной арене мало соответствовало демократическим идеалам. Чем выше уровень образования опрошенных, то есть их интереса к политике вообще и международной политике в частности, тем более критически они относятся к несостоявшимся заокеанским друзьям. Авторы исследования предполагают, что именно элиты ведут за собой массы, культивируя антиамериканизм.

Обсуждая исследование, представленное Эдуардом Понариным, заведующая международной Научно-учебной лабораторией социокультурных исследований ВШЭ Надежда Лебедева заметила, что объяснять ресентимент одним только разочарованием и обидчивостью на бывших друзей-американцев было бы слишком просто. «Если элита действительно так себя ведет, то это диагноз, свидетельство ее инфантильности», — пояснила профессор Лебедева. Однако истинные причины ей представляются более глубокими, связанными с основными, исторически обусловленными ценностями российского общества. Ресентимент в значительной степени может быть защитной реакцией на откровенно агрессивную внешнюю политику США, которые в последние двадцать лет устроили немало вооруженных вторжений в различных регионах мира.

Ведущий научный сотрудник той же лаборатории Александр Татарко раскритиковал методологию проведенного исследования. Выборка элит, на его взгляд, слишком узкая, чтобы она могла нивелировать влияние личных характеристик опрашиваемых на результаты опроса. Кроме того, нет оснований утверждать, что представители упомянутой когорты 1960-х годов на самом деле переменили свое отношение к США, ведь в выборку попадали каждый раз разные люди. Сомнения вызывает и «наводящая» формулировка некоторых вопросов.

Заведующий Лабораторией сравнительных исследований массового сознания ВШЭ Владимир Магун, в свою очередь, обратил внимание участников дискуссии, что гипотеза ресентимента является лишь одной из трех, выдвинутых авторами исследования. Две другие гипотезы предлагают манипулятивность со стороны власти и ситуативные изменения (в том числе на международной арене) как объяснения роста антиамериканизма.

Владимир Магун напомнил, что по данным опросов «Левада-центра» и ФОМ большинство населения к США относится скорее безразлично. Другое дело, что «элиты отвечают за то безобразие, которое мы видим по телевидению, и пытаются манипулировать населением в своих прагматических интересах». Объективно нынешний внешнеполитический фон самый благоприятный за всю историю России, впервые она не сталкивается с военной угрозой со стороны других государств. Но государственная пропаганда приводит к тому, что 56% населения убеждены, что внешняя военная угроза по отношению к России реальна.

Бывший председатель Центрального банка России Сергей Дубинин уверен в том, что России необходимы и выгодны союзнические отношения с США, но в антиамериканизме элит видит не только политическую подоплеку. «Наши бизнесмены и «государственники» боятся конкуренции со стороны западных компаний», — полагает он. Защитить свои экономические интересы и прибыли куда проще, если обвинить Запад, и в частности США, в угрозе национальным интересам России. Впрочем, и с Соединенных Штатов, наломавших немало дров в своей внешней политике, долю ответственности за ресентимент снимать нельзя.

А вот ординарный профессор ВШЭ Леонид Васильев, настаивает, что никакого ресентимента нет. Короткий период конца 1980-х и начала 1990-х годов как раз и был попыткой по-новому, без конфронтации, взглянуть на Запад — но эта попытка оказалась неудачной. «Вся русская история — это негативизм по отношению к Западу, замкнутость, ненависть ко всему чужому, — констатировал Леонид Васильев. — И ничего в XX веке в этом смысле не изменилось». Причину этой закрытости от внешнего мира профессор Васильев видит в общинном деревенском сознании, которое не смогли переломить ни петровские, ни александровские реформы. Об этом феномене профессор Васильев рассказывал, представляя свой доклад на предыдущем научном семинаре под руководством Евгения Ясина.

Сам Евгений Ясин отметил, что враждебное отношение к другим странам часто основано на представлении о том, что международная политика — это всегда игра с нулевой суммой: если одной стране что-то выгодно, значит, другая понесет ущерб. «И когда таких взглядов придерживается первое лицо государства, точно так же начинают считать и элиты, — сказал Евгений Ясин. — То есть в этом много конъюнктурного, элиты свое мнение могут быстро менять. Если бы такой опрос провели сразу после того, как Путин позвонил Бушу после терактов 11 сентября, мы бы получили совсем другие результаты».

Олег Серегин, новостная служба портала ВШЭ