• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
Контакты

Адрес:
198099 Санкт-Петербург
ул. Промышленная, 17, кабинет 107

Тел. +7 812 644-59-11 *61417

Почтовый адрес: 
190008 Санкт-Петербург
ул. Союза Печатников, 16

 Фейсбук

Руководство

Профессор Евгений Анисимов о чувствах на войне 1812 года

11 сентября 2012 года, в рамках научного семинара «Границы истории» Факультета истории НИУ ВШЭ-Санкт-Петербург и Центра исторических исследований, с докладом выступил профессор Евгений Анисимов - научный руководитель Факультета истории.

Александр Семенов,  декан факультета, выступивший в роли ведущего, анонсировал серию семинаров, которые в дальнейшем будут проводиться на регулярной основе.  Основная задача семинаров – организовать дискуссию о том, где начинается и где заканчивается дисциплина истории, какова ценность исторического знания в современном мире и роль историка в обществе. Семинары уже с первого курса могут посещать студенты-новобранцы, постепенно осваивающиеся в новых стенах и включающиеся в научно-исследовательскую деятельность факультета. На семинарах будут выступать не только преподаватели Факультета истории и научные сотрудники Центра исторических исследований, но и приглашенные докладчики.

Прошедшая встреча была посвящена Чувствам на войне 1812 года.О чем обычно говорят в контексте войны? О сражениях, об отступлениях, о победах и поражениях, о мирных договорах, но о чувствах обычных людей зачастую забывают. Что думали сами участники событий о том, что происходит с их жизнью и страной? Как они относились к своему командованию? А что они думали о Наполеоне?

В России начала 19 века Наполеон был кумиром для многих (в том числе и императора Александра Первого). Подвиги Буонапарте восхищали Дениса Давыдова, лидера партизанского движения, не меньше, чем молодого Андрея Болконского. Французского лидера не просто уважали, им увлекались, к его достижениям стремились. Русский офицерский состав того времени по внешним признакам мало чем отличался от французского: наши соотечественники говорили между собой на чистом французском (на этом же языке был проведен знаменитый совет в Филях), с 1810 года они были одеты во французские мундиры, их повседневная жизнь была очень схожа, они читали одинаковые книги и.т.п.. Понятно, что в таких условиях самоидентификация могла приносить определенные  моральные трудности, которые накладывались на чувства, вызванные у солдат вынужденным отступлением (отступление значило невозможность исполнить свой долг) и предчувствием неминуемого поражения в финальном сражении.

Вообще, планка морали на войне в целом сильно понижается. Логика «лучше сжечь, чтобы врагу не досталось» в концов-концов приводит к разорению, и люди вынуждены мародерствовать и грабить, чтобы прокормиться.После Бородинского сражения, которое не принесло ожидаемой развязки, мародёрство только усилилось Комплексы и фобии русских обострились, война, к которой первоначально все отнеслись легкомысленно, стала для борьбой за национальное существование. Начались гонения на иностранцев в рядах русской армии, не избежал их даже Барклай де Толли. В Москве же афишки губернатора Ростопчина подстрекали людей настроиться против иностранцев, проживавших в городе. Такова была защитная реакция на тяжелое отступление.

Бородинское сражение столкнуло не просто две армии, но две цивилизации, два мира. Евгений Анисимов сравнивает настроения противников перед сражением. Французы готовились к битве, как к празднику, они были готовы совершать подвиги. Ведь подвиг может обессмертить героя. Всем было приказано быть при параде: с орденами на груди. В русском же лагере солдаты готовились принести себя в жертву. По словам Николаня Голицына, «по всей линии возили икону Божьей Матери», многие сознавали, что идут на смерть, никто не надеялся на победу.

Часы битвы промелькнули как мгновение - чувства забыты, мы ничего про них не знаем, только лишь можем  представить, как бомба, обломок которой демонстрирует Анисимов, вертится под ногами и вот-вот разорвется.

На дискуссии, последовавшей за окончанием доклада, был задан вопрос об уникальности войны 1812 года и ее отличии от других войн с точки зрения истории эмоций. Евгений Викторович ответил, что в Отечественной войне вопросы достоинства и чести стояли на первом месте, уважительное понятие «неприятель» замещало понятие «враг».  Разговор также коснулся и удивительной проницательности и точности «Войны и Мира» Толстого в отношении передачи чувств и смыслов того времени. Эпизод разговора Долохова с французскими солдатами, словно со старыми знакомыми, перед кровопролитным сражением, помог выразить мысль о том, что война и индивидуальна, и массова. Всегда есть место и для лихих подвигов, и для осознания себя частью силы, защищающей родную страну.

Александр Семенов, комментируя доклад, говорил о методологических проблемах истории чувств, возникающих на пересечении истории и памяти. Касаясь «больного вопроса» в коммеморации Отечественной войны – оставления Москвы неприятелю – комментатор призвал избавиться от «исторической амнезии» и попытаться представить ситуацию в логике политического мышления Александра I и его эпохи, для которой первостепенно было сохранение Империи и ее столицы, а не защита «сердца России», как воспринимается Москва в исторической памяти войны. Другое важное противоречие возникает между памятью о «национальной» войне и сопротивляющимся этой коммеморационной рамке историческими свидетельствами, воспоминаниями, авторы которых не мыслили подобными категориями.  

Евгений Анисимов также рассказал гостям семинара немного о своей книге «Генерал Багратион. Жизнь и война».

 


Подготовили Валентина Смирнова и Ксения Литвиненко