• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

28.01.1723, пн. П. в Преображенском, на Генеральном дворе.




28.01.1723
28.01.1723
Апраксин Федор Матвеевич (27.11.1661 – 10.11.1728), стольник, пожалован в комнатные стольники (15.01.1693), двинской воевода и губернатор Архангельска (22.08.1694-20.02.1698), поручик Семеновского полка (1694), полковник (1696), адмиралтеец, судья Адмиралтейского приказа (18.02.1700), адмирал и президент Адмиралтейств (08.03.1707), генерал-адмирал, действительный тайный советник (май 1709), генерал-губернатор Азова (май 1709 или 06.02.1710 - 1719), граф (вместе с П.М.Апраксиным)(1709), (06.02.1710 – 1719), боярин (1713?), под следствием (1714), сенатор (с 1717), подписал смертный приговор царевичу Алексею (24.06.1718);президент Адмиралтейств-коллегии (1717), губернатор Ревеля (1719), член Верховного тайного совета (1726), в отставке (с 1727). Жена Домна Богдановна (рожд. Хрущова), (ум. 1702) (Источн.: собств. информ.; Захаров. Боярские списки. (Дата обращения 17.06.2021); Барсуков. С. 66)., Бутурлин Иван Иванович Меньшой, (24.07.1661 – 31.12.1738), стольник, потешный, премьер-майор (1687), пожалован в комнатные стольники (15.01.1693), сопровождал как спальник П. в Архангельск (1693), генерал-майор (1700), в шведском плену (с 1700), обменен (1710), генерал-лейтенант и подполковник гвардии (1713), полковник гвардии, командир Преображенского полка (1718), участвовал в розыске по делу царевича Алексея, подписал смертный приговор царевичу Алексею (24.06.1718), генерал-аншеф (1721), член Вышнего суда (1723), сенатор (08.02.1726), в опале (с 1727) (РГАДА. Ф. 210. Оп. 1. Д. 11. Л. 60 об.; Анисимов. «Барабанил вместе…»; О высочайших пришествиях. С.37; Азанчевский. История Преображенского полка. Прил. 1). , Голиков И.И., историк , Фредрик I (Fredrik I ), король Швеции, ранее Фридрих I, ландграф Гессен-Кассельский (Friedrich Hessen-Cassel), муж шведской принцессы Ульрики-Элеоноры , Устрялов Н.Г., историк , Никифоров Л.А., историк , Болтин Иван (Июда) Васильевич (ок. 1680 – 1736), жилец (1696), подполковник драгунского полка Мореля де ла Карьера (Каргопольский полк), им командовал (с 1704 г.), полковник (1709), обер-прокурор Синода (28.05.1722-1725), сослан в Сибирь за близость к Феодосию (1725), вице-губернатор Сибири (1727 - 1731), директор Кригс-комиссариата (с 1736) (Источн.: собств. информ.; РИО. 94. С. 757; Веткин. Первые синодальные обер-прокуроры), Бестужев-Рюмин Михаил Петрович (07.09.1688-26.02.1760), пенсионер за границей (с 1708), с 1720 г. резидент, посол и посланник во многих странах (Англия, Швеция дважды, Польша, Саксония, Австрия. Жены: 1-ая Анна Гавриловна вдова Ягужинская (рожд. Головкина), сослана в Сибирь (1743) (ум. 14.04.1751); 2-ая с 1749 г. Иоганна вдова фон Гаугвиц (рожд. фон Карловиц). , Некрасов Г.А., историк , Лихонский, солдат, Кейт Яков Вилимович (англ. James Francis Edward Keith), генерал, Кожевникова Ю.Н., историк, Одоевский (Одаевский, Адоевский) Василий Юрьевич, князь, полковник, комиссар московского Хамовного двора


П. в Преображенском, на Генеральном дворе. П. слушал реестр выписок к «Гистории Свейской войны» и правил его[1]

Письма и бумаги П.: 1. Синоду (через И.В.Болтина) указ о составлении ведомости о монастырях, «и дабы отныне впредь отнюдь никого не постригать» в монахи, а об убыли рапортовать ежемесячно, «и на убылыя места определять отставных салдат, также, не выплатя с синодальной команды в указныя места денежных доходов, в монастыри на строение денег не давать»[2]*; 2. И.И.Бутурлину указ о выдаче солдату Лихонскому жалованья[3]; 3. М.П.Бестужеву-Рюмину рескрипт о шведских делах в связи с событиями в рикстаге, где сословия дворян и горожан отстояли вольности при попытке короля Фредрика I их ограничить с помощью крестьянского сословия[4]**.

Разные письма и бумаги: комиссар кн. В.Ю.Одоевский – Ф.М.Апраксину о производстве парусины на Хамовном дворе в Москве и недостатке работных[5].

Комментарий.

* Этот указ, как и главы Духовного регамента о монастырях знаменовали собой жесткую политику светской власти в отношение монашества и вели к ущемлению фактическому закрытию в будущем монастырей. Как эти нормы вводились в жизнь см. в ст. Ю.Н.Кожевниковой «Монастырское» законодательство Петра I. C. 81-84.

 

** Рескрипт интересен тем, что русскому послу в Стокгольме М.П.Бестужеву-Рюмину ставилась задача защищать «шведские вольности» и настаивать на российском толковании VII статьи Ништадского мирного договора. Согласно ей, Россия обязывалась не вмешиваться во внутренние дела Швеции («домашние дела королевства Свейского») и «в позволенную единогласно и от чинов королевства под присягою учиненную форму правительства и образ наследства мешатися не будет, никому, кто б ни был в том <…>, вспомогать не будем»[6]. Русское трактование этой статьи состояло в том, что Россия гарантирует неизменность существующей в Швеции формы правления и, при необходимости, будет всяческими мерами помогать защитникам ее. «Забота» П. о шведской демократии объяснялась тем, что России была выгодна конституция 1720 г., при которой Швеция не могла усилиться до прежнего могущественного абсолютизма, а борьба партий позволяла ловить рыбу в мутной воде, проводя, с помощью подкупа и интриг, собственные интересы. В этом смысле Швеция стала похожа на Речь Посполитую. Неслучайно М.П.Бестужев-Рюмин писал о последствиях конституции 1720 г.: «Как я вижу, здесь самая Польша стала: всякой себе господин и подчиненные повелителей своих не слушают, и никакого порядку нет» [7]. Под «порядком» посланник, видимо, понимал порядок самодержавия. Справедливости ради, отметим, что в Швеции находились политические силы, которые были связаны с русским посольством и так же толковали эту статью договора. Когда они в декабре 1722 г. обратились к М.П.Бестужеву-Рюмину с просьбой о помощи, то он эту помощь обещал, а из СПб было заявлено, чтобы посол обнадежил «всех добрых патриотов», что Россия не откажется от своего, закрепленного в договоре, права защищать форму правления 1720 г. С этой целью летом была проведена мощная военно-морская демонстрация, а позже, осенью 1743 г., Россия реализовала свое толкование статьи Ништадского договора и ввела 11-тысячный корпус генерала Я.Кейта в Швецию для защиты шведской демократии.

 


[1] Устрялов. История. 1. С. 318-319.

[2] ЗА. 2-3. С. 418; ПСЗ. VII. № 4151. С. 18; КПБ. 103. Л. 107.

[3] Голиков. ДПВ. 9. С. 457.

[4] Некрасов. Русско-шведские отношения. С. 112.

[5]   ЗА. 2-3. С. 175-176.

[6] Никифоров. Внешняя политика России. С. 481-482.

[7] Некрасов. Русско-шведские отношения. С. 111.


 

Нашли опечатку?
Выделите её, нажмите Ctrl+Enter и отправьте нам уведомление. Спасибо за участие!
Сервис предназначен только для отправки сообщений об орфографических и пунктуационных ошибках.