• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

ТРУДОВЫЕ МИГРАНТЫ ВСЕГДА БУДУТ ВОСТРЕБОВАНЫ ТАКИМ НЕБОГАТЫМ ГОРОДОМ, КАК ПЕТЕРБУРГ

Да и официальная статистика формально подтверждает сложившиеся страхи. Но при более внимательном взгляде на цифры получается, что мигранты - в среднем, выгодные соседи. Об этом рассказал "Петербургу 3.0" профессор факультета социологии ГУ-ВШЭ в Санкт-Петербурге Даниил Александров...

Местное население любого города, и Петербург не составляет исключения, имеет к мигрантам две базовые претензии, не считая религиозных: они опасны (часто совершают преступления) и отбирают рабочие места. Власти Петербурга, объявившие курс на ограничение миграции, замещение россиянами гастарбайтерских рабочих мест, по сути, высказали согласие с этими опасениями. Да и официальная статистика формально подтверждает сложившиеся страхи. Но при более внимательном взгляде на цифры получается, что мигранты – в среднем, выгодные соседи. Об этом рассказал «Петербургу 3.0» профессор факультета социологии ГУ-ВШЭ в Санкт-Петербурге Даниил Александров. 

- По поводу оценки масштабов преступности среди мигрантов я хочу сказать две важные вещи. Во-первых, статистика правоохранительных органов – еще хуже, чем любая другая, потому что она меняется в зависимости от текущих административных требований к ней. Во-вторых, даже эту статистику можно трактовать правильно, а можно – нет.

Нам сообщают, что каждое шестое убийство в Петербурге совершают мигранты, и отсюда – социальная напряженность. Но обратите внимание: если у нас мигранты составляют пятую часть активного населения, и всего каждое шестое убийство совершается ими, то это значит, что мигранты убивают реже, чем это делает местное население. Кроме того, основная часть мигрантов – мужчины, в то время как местное мужское население в значительной степени «разбавлено» женщинами и детьми. Если мы посчитаем масштаб преступности в сопоставимых цифрах, то есть сделаем необходимые поправки на пол и возрастные группы, то, скорее всего, получим сногсшибательный результат: доля убийц среди мигрантов – в полтора – два раза меньше, чем среди местного населения Петербурга.

Впрочем, лично для меня этот результат не будет сногсшибательным. Много лет работая с мигрантами, разных этнических групп и профессий, я постоянно убеждаюсь, что это люди в среднем богобоязненные, особенно если речь идет о нелегалах. Просто у них есть изрядное количество других насущных задач, кроме как планировать убийство. Спонтанные бытовые убийства по пьянке для мигрантов тем более не типичны. Они пьют, но не до такого состояния, чтобы гоняться за женой с топором. 

Что касается рынка труда, официальные и неофициальные оценки совпадают в следующем:  сфера ЖКХ и строительства генерирует огромный объем спроса на дешевую рабочую силу. Слово «дешевая» является ключевым: раз она дешевая, значит, либо нелегальная, либо коррупционная, то есть человек получает гораздо меньше, чем числится в ведомости, и эти «сэкономленные» деньги распределяются каким-то другим образом. Они совсем не обязательно идут просто в карман работодателю, а, скорее всего, ими оплачиваются те или иные нужды бизнеса – в том числе, наем дополнительных работников. Например,  нанимают одного мигранта, а работают за его зарплату трое – он сам, жена и сын. Это стандартная ситуация, я наблюдал ее многократно.

Сделать с этой ситуацией что-либо трудно – квотирование, на мой взгляд, не поможет. Никто из местных за предлагаемые деньги – реальные, а не по ведомости – работать не пойдет. Если же ставки оплаты вырастут до такой степени, что устроят местных, то местный же люд выйдет на улицу с протестами, так как тарифы на ЖКХ тоже резко вырастут. У нас, конечно, не Болгария, и протестные настроения слабы, но рост тарифов будет достаточным, чтобы их разбудить.

И еще один важный тезис. Третьим после строительства и ЖКХ полем деятельности мигрантов является сфера услуг, управляемая малыми предпринимателями – небольшие магазины, авторемонтные мастерские, недорогие кафе. Масштаб миграции в этой сфере недооценен, так как заметную часть магазинов и кафе «держат» предприниматели с Северного Кавказа, которые являются гражданами России и, соответственно, не попадают в статистику иностранной трудовой силы. 

Это любопытный, но не главный нюанс. А главное, что одна исследовательница, исповедующая марксистский подход, писала: элитам удобно, чтобы сферу обслуживания бедного населения занимали мигранты. Например, в США корейцы открывают магазины в бедных «черных» кварталах. В Петербурге на рядовых, не очень престижных улицах, где сравнительно недорогая аренда, открывают магазины азербайджанцы, армяне, осетины, ингуши и так далее. Эти люди и их работники меняют колеса и продают овощи дешевле, чем это делают коренные петербуржцы или приезжие новгородцы, псковичи, мурманчане.

Вот два источника привозного низкоквалифицированного труда: бизнесы, которые хотят получать хорошую прибыль, и население, желающее получать дешевые сервисы.  Поэтому трудовые мигранты объективно востребованы – и всегда будут востребованы в городе с небогатым населением. Петербург – именно такой город.