• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Евгения Платонова — о бакалавриате и магистратуре в Питерской Вышке, гендерной истории и учёбе за границей

Евгения Платонова — выпускница бакалавриата и магистратуры НИУ ВШЭ — Санкт-Петербург по направлению «история». Она занимается гендерной историей и историей холодной войны, а в будущем планирует изучать образ советского мужчины в официальном дискурсе 1950-60-х годов. Также в 2021 году Евгения прошла в аспирантуру Питерской Вышки. Выпускница рассказала редакции портала, откуда возник её интерес к науке и что помогло ей вовлечься в исследовательскую деятельность.

Евгения Платонова — о бакалавриате и магистратуре в Питерской Вышке, гендерной истории и учёбе за границей

Фото из личного архива Евгении Платоновой

— Когда у вас появился интерес к истории?

— До старших классов школы я не видела ничего особенного в этом предмете. Я собиралась поступать на лингвистику, и мне нужно было сдавать историю на ЕГЭ. Двадцатый век всегда был самой сложной частью экзамена, а в школе её проходят мельком. В итоге мне пришлось самой изучать эту тему по нескольким учебникам, и она оказалась очень интересной. 

Семь лет назад, когда я поступала, в медиапространстве было мало информации об университетах. Про Питерскую Вышку я узнала от своего репетитора по английскому: у неё дочь училась на третьем курсе программы по менеджменту. Я зашла на сайт кампуса, увидела программу «История», и мне очень понравилось описание. Решила подать документы, но особо ни на что не надеялась. Я очень хотела учиться в Петербурге, так что, как только узнала, что прошла по баллам, сразу привезла оригиналы документов.

— Какие у вас впечатления от учёбы в бакалавриате? 

— В первое время в университете после школы было трудновато, потому что все ребята были очень активными и эрудированными: это создавало высокую конкуренцию. Ещё у меня были проблемы с восприятием текстов. Историки много читают, а в школе мы дальше учебников не заходили. Но я адаптировалась уже к первой сессии.

На первом и втором курсах мне было сложновато разговориться на семинарах. Пишу я лучше, чем отвечаю устно: мне нужно подумать, собраться с мыслями, и всё это занимает время. Потом я смогла расслабиться и начала отвечать активнее. Преподаватели всегда выводили нас на дискуссию, чтобы мы думали вне конвенциональных рамок и могли высказать свою точку зрения без стеснений. На третьем курсе у нас начались предметы на английском, что тоже было для меня испытанием. Но это было очень полезно: сейчас я спокойно говорю на английском на любые темы.

Мне очень нравились преподавательский состав и камерная обстановка департамента истории: мы были вторым набором. Все студенты знали друг друга по именам и помнили, кто чем занимается. Даже когда в дальнейшем на первый курс стало приходить всё больше людей, эта атмосфера сохранялась. 
Ещё мне нравилось разнообразие предметов. Иногда, конечно, казалось, что некоторые из них мне не пригодятся, но со временем я поняла, что это не так. 

— Какие периоды или аспекты истории были вам наиболее интересны уже в бакалавриате?

— На первый курс я пришла с чётким пониманием, что хочу писать курсовую по советскому периоду. Но тогда я ещё толком не представляла, за какую тему возьмусь. Первые два года я писала курсовые у Ивана Валерьевича Саблина: сначала про историографию Карибского кризиса, потом — про Коминтерн. Именно этот переход из шестидесятых в начало века дал мне понять, что я всё-таки хочу заниматься этим периодом, и меня больше интересуют культурная и социальная история. 

Еще один плюс программы в том, что на первом курсе мне помогли понять, что история не ограничивается политическими вопросами и аналитикой войн. Оказалось, можно также заниматься повседневностью, культурной и социальной историей.  На третьем курсе меня заинтересовала культурная история. Тогда я пошла под научное руководство к Елене Алексеевне Кочетковой и начала писать про международные культурные мероприятия в 50-60-е годы: Международный фестиваль молодёжи и студентов, различные кинопоказы и выставки в контексте мирного сосуществования. Диплом у меня был на эту же тему, но уже именно на примере Международного фестиваля молодежи и студентов 1957-го года и его организации. 

— Расскажите про первое участие в научно-исследовательской группе, которое привело к первым публикациям. 

— Когда я была на втором курсе, Иван Валериевич Саблин сделал в группе нашего курса «ВКонтакте» анонс проекта, посвящённого советской национальной политике. Меня он заинтересовал, и я вступила в научно-учебную группу. В январе того же учебного года нам одобрили грант на проект, и мы начали работать. Поскольку у меня тогда ещё не хватало опыта для серьёзной исследовательской аналитики, я больше занималась технической частью: создавала базу количественных исследований на основе статистических данных об СССР. 

Периодически наша научно-учебная группа проводила семинары, на которых мы обсуждали рабочие моменты и распределяли обязанности. Старшие преподаватели и руководитель разобрали себе студентов, и мы готовили публикации: обрабатывали и редактировали текст. Преподаватели делали нас соавторами статьи , и мы выступали вместе с ними с результатами исследования на конференции. 

Это был очень полезный опыт. На втором курсе я плохо понимала, как писать и публиковать свои собственные исследования, а участие в проекте дало мне первую публикацию и опыт публичного выступления на конференции. Это была конференция «Этническое и социальное: форма взаимодействия и конфликты», которая проводилась в Институте Истории СПбГУ. Мы выступали коллективно, и своё выступление я не могу назвать удачным, потому что тогда сильно волновалась. Однако этот опыт помог мне попасть в академическое сообщество и дал базовое понимание историографии национализма. Мы читали много текстов на эту тему, и я до сих пор могу к ним обратиться. 

— Как и откуда вы узнавали о конференциях, в которых участвовали? 

— Я всегда задавалась вопросом, как люди ищут конференции. На своём опыте могу сказать, что самый лучший способ  — это Facebook. Там есть много групп, посвященных историческим темам, и периодически там публикуют информацию о конференциях. Ещё хорошо работает нетворкинг: я знакомлюсь с людьми из своей сферы деятельности, добавляю их в друзья в соцсетях и в ленте вижу их репосты о конференциях. Кроме того, полезную информацию могут скинуть друзья, знакомые и научные руководители, а стажёров-исследователей в Вышке оповещают о конференциях через корпоративную почту.

— Почему вы решили пойти в магистратуру на то же направление и в тот же вуз? 

— Я всегда хотела пойти в магистратуру. Кроме того, эту идею поддерживали мои родители.

При выборе направления у меня была мысль уйти в сферу качественной социологии и социологии медиа, но во время вступительных испытаний я поняла, что история мне ближе по духу, и в итоге решила остаться на своей специальности. Этот выбор означал для меня начало научной карьеры. В бакалавриате я не публиковалась и не выступала на конференциях так часто, как некоторые мои однокурсники, но к концу обучения я поняла, что хочу заниматься гендерной историей.

Вопросы гендера интересовали меня ещё в старшей школе, а на первом курсе бакалавриата мы прочитали статью Джоан Скотт, откуда я узнала, про существование гендерной истории и «женского вопроса». Ещё примерно в то же время в российском сегменте интернета стали обсуждаться такие вопросы, как репрезентация, male gaze, стеклянный потолок, домашнее насилие и другие. Это стало катализатором моего интереса. Однако он ограничивается лишь наукой: ни к какому течению или активистскому движению я себя не отношу.

Ещё одним аргументом в пользу магистратуры Питерской Вышки было то, что обучение шло на английском языке. Кроме того, она давала мне возможность поучаствовать в международной академической мобильности. Это меня очень привлекало, потому что до этого я максимум ездила в Финляндию на несколько дней.
 
— Какими исследованиями вы занимались в магистратуре? Были ли они связаны с вашими текущими научными интересами?

— Сейчас я продолжаю исследование, которое начала в первой магистратуре: феминность, маскулинность и гендерные сюжеты в советской моде 50-60-х. Я начинала с того, как в официальном дискурсе моды того периода видели идеальный образ мужчины и женщины и как регламентировался их внешний вид. Сейчас я изучаю «множественность» моделей маскулинности и смотрю, как они меняются в зависимости от места. В планах рассмотреть различия между Москвой и Ленинградом. Большую роль в развитии моей научной работы сыграли советы старшего преподавателя Екатерины Алексеевны Калеменевой, которая очень помогла мне с выбором фокуса исследования. В течение двух лет она давала мне советы и вычитывала мои тексты, за что я ей очень благодарна.

— В магистратуре вы начали работать стажёром-исследователем в Лаборатории экологической и технологической истории. Какими исследованиями вы занимаетесь?

— В 2019 году Елена Алексеевна Кочеткова позвала меня присоединиться к проекту «Материальный мир позднесоветского общества в условиях Холодной войны: технологические инновации в производстве и репрезентация товаров широкого потребления». Поскольку в тот период я была за границей, меня оформили в Лабораторию экологической и технологической истории, на базе которой реализуется наш проект. Когда я вернулась, то просто попала в штат. 

В проекте мы проводим исследования по своим аспектам темы и публикуем их в высокоцитируемых международных научных журналах. Я занимаюсь культурной историей позднесоветского общества: через историю материальности исследую сюжеты, связанные с представлениями о советских мужчинах в официальном дискурсе. Периодически мы с коллегами встречаемся и показываем друг другу свои тексты. Наш маленький коллектив очень меня вдохновляет в работе над проектом.

— На втором курсе магистратуры вы ездили по мобильности в Финляндию. Что было самым полезным в этом опыте?

— По сравнению с Вышкой учиться в Университете Ювяскюля было достаточно легко: у меня было достаточно свободного времени. Кроме того, я получила доступ к хорошей библиотеке с книгами, которые сложно найти онлайн. 

Я старалась использовать все возможности, чтобы получить помощь профессионалов в моём проекте по гендерной истории, и я её получила. Питерская Вышка организовала мне несколько встреч с профессорами, на которых мы обсуждали моё исследование. Одним из них был Симо Микконен, который занимается культурной историей холодной войны. Он вызвался прочитать первую главу моей курсовой и потом принёс распечатанный текст со своими пометками. Там были очень ценные советы. Ещё я посещала семинар по гендерным исследованиям, на котором мы читали тематические эссе друг друга. Я писала их с историческим уклоном, про то, как трансформировалась модель гегемонной маскулинности в России с начала 2000-х по настоящее время.

— После магистратуры вы отправились на учёбу в Центрально-Европейский университет. Почему вы решили туда поступить?

— Когда я была на мобильности на втором курсе магистратуры, то начала думать, что делать дальше: поступать в аспирантуру или нет. Я думала о московской Вышке, но у меня вообще не было идей для проекта. Параллельно с этим моя подруга, которая закончила магистратуру в Питерской Вышке раньше меня, поступила в Центрально-Европейский университет на годичную магистерскую программу «Comparative History». Я подумала, что это неплохая идея: ведь моя академическая карьера началась относительно недавно. 

В итоге я получила классный международный опыт. Мне очень нравились студенты и преподаватели, а ещё мне было интересно обсуждать советскую историографию с людьми, обладающими другим опытом.

Я даже думала о PhD в Центрально-Европейском университете, но по личным причинам решила взять gap year. Планировала за это время расширить своё исследование и сделать его ступенькой к аспирантскому проекту, но из-за пандемии не смогла поехать в архив в Москву. Так что в апреле мне пришлось полностью переделывать исследование на основе имеющихся источников. 

— Поделитесь планами в сфере образования и карьеры. Планируете ли вы учиться в аспирантуре Питерской Вышки?

— У меня был непростой год, когда я переосмысляла свою жизнь после того, как мои планы сорвались из-за пандемии. Было время подумать о себе и о том, чем я хочу заниматься. В то же время я одной ногой оставалась в науке, потому что состояла в исследовательском проекте в Питерской Вышке. Теперь я занимаюсь фрилансом и иногда перевожу с русского на английский маркетинговые исследования. Это даёт много новых знаний и поддерживает хороший уровень языка.

Ближе к Новому году я поняла, что нужно поступать в аспирантуру. В Питерской Вышке я уже училась и представляю, чем занимаются преподаватели и чем я могу быть полезна. Я вижу здесь перспективы: у меня будет возможность заниматься разнообразными проектами в составе больших исследовательских групп, участвовать в научных мероприятиях и семинарах, ещё раз провести семестр за рубежом…

В аспирантуре я хочу провести исследование домов моделей в Ленинграде, Москве и Перми. Я хочу посмотреть, как образ советского мужчины изменялся в официальном дискурсе моды в период 50-60-х годов в зависимости от локации, то есть, рассмотреть «множественность» моделей маскулинности.

Над текстом работала Варвара Комарова,
студентка ОП «Управление и аналитика в государственном секторе»