«Китайский постепенно занимает всё пространство в голове»: Наталья Кондрацкая о Востоковедении, карьере в маркетинге и работе с азиатскими компаниями
.png "Фотография предоставлена Кондрацкой Натальей")
— Расскажите, почему вы выбрали направление «Востоковедение» и решили поступить именно в Питерскую Вышку?
— Я начала задумываться о поступлении где-то в 9-10 классе, мне было около 15 лет, в таком возрасте трудно подойти к решению о будущем максимально взвешенно. Но я всегда чувствовала, что у меня гуманитарный склад ума и что мне действительно интересны языки.
Поэтому мой выбор строился довольно просто: я смотрела, какие есть университеты, какие направления они предлагают, обсуждала это с родителями.
Изначально я рассматривала немецкий язык, потому что училась в гимназии с его углубленным изучением. Но, наверное, мне хотелось чего-то нового, более необычного. И однажды я решила: почему бы не попробовать востоковедение с уклоном в китайский язык? Тогда это направление обучения было не настолько популярным, как сейчас, но мне казалось, что оно очень перспективное и интересное. И я решила рискнуть!
Где-то с 10 класса уже целенаправленно готовилась к поступлению на «Востоковедение». А выбрать Вышку было довольно естественным шагом: я всегда слышала много хороших отзывов, и в Петербурге, как мне кажется, Вышка — один из самых сильных университетов, где есть программа, связанная с востоковедением.
— Рассматривали ли вы возможность учиться на направлении «Лингвистика» или «Переводоведение»?
— Мне хотелось чего-то более комплексного. Когда изучаешь язык, важно погружаться не только в грамматику или лексику, но и в культуру, в особенности мышления, в исторический контекст. Поэтому, когда я начала смотреть программы, мне сразу понравилась идея, заложенная в нашу образовательную программу.
Я изучила перечень дисциплин и увидела, что это действительно масштабный, всесторонний подход. За четыре года обучения ты получаешь не просто знание языка, а целостное понимание региона: культуру, историю, политику, ментальность, разные нюансы, которые формируют картину в целом. И именно это подкупило меня — широта и глубина программы.
— Насколько оправдались ваши ожидания от программы?
— Честно говоря, мои ожидания оправдались практически на 100%. Я изначально понимала, что учиться будет сложно — об этом все предупреждают, да и в целом очевидно, что если ты до этого не изучал восточные языки, то тебя ждёт совсем иное погружение. Это другая культура, другой менталитет, язык, который совершенно не похож ни на западные, ни на русский. И ты должен понимать, что всё это требует действительно больших усилий.
Так и вышло: учиться было непросто. Мы очень много времени тратили на домашние задания, доклады, курсовые. Но при этом именно тот комплексный подход, который меня привлёк ещё до поступления, полностью себя оправдал. Дисциплины были разнообразными, и благодаря этому мы изучали регион с разных сторон — язык, культуру, историю, политические процессы.
Наверное, единственное, что не совсем совпало с ожиданиями — это возможность вести активную студенческую жизнь. На «Востоковедении» мы почти всё время посвящали учёбе, поэтому каких-то мероприятий в моем студенчестве было минимальное количество.
— Можете ли вы выделить какой-то курс, проект или работу, которые запомнились вам больше всего и оказали значимое влияние на дальнейшее развитие?
— На четвертом курсе мне особенно понравился один из предметов — это был НИС (научно-исследовательский семинар), где мы работали с реальными текстами — вырезками из газет, материалами из бизнес-журналов, деловой литературой. Это дало очень полезное понимание того, как устроен китайский бизнес-дискурс, какие в нем есть особенности. И что особенно приятно — часть этих знаний я сейчас действительно использую в работе.
Из проектов мне запомнился один, который напрямую не связан с моей нынешней сферой, но был невероятно интересным. Мы в небольшой группе делали видеопроект на китайском языке о музеях Санкт-Петербурга. Моим направлением был Эрмитаж. Мы ходили по нему, снимали картины, изучали их историю, рассказывали на китайском о художниках и экспонатах, а потом сами монтировали получившийся материал. Данный проект я помню до сих пор — это был очень классный, вдохновляющий опыт.
— Был ли среди преподавателей кто-то, кто оказал на вас наибольшее влияние?
— Мне кажется, что да. Хотя, если честно, у нас почти все преподаватели были очень классными, особенно те, кто вел китайский язык. Но больше всего мне запомнились два человека — Светлана Андреевна Горбачёва и Светлана Валентиновна Кривохиж. Они преподавали у нас китайский, а Светлана Валентиновна ещё и была моим научным руководителем по курсовой.
Они запомнились мне именно тем, что были настоящими ролевыми моделями. Хотелось равняться на них — и по тому, как они подавали материал, и по их отношению к работе, и даже по жизненному подходу. Они умели структурировать информацию так, что всё становилось понятным и интересным, и при этом создавали очень тёплую, вдохновляющую атмосферу. Мне было искренне приятно учиться у них и работать вместе над проектами.
— Расскажите, какие языки вы изучали кроме китайского?
— В год моего поступления было три основных направления по языкам: арабский, китайский и японский — это были наши базовые восточные языки. Со второго курса можно было выбрать дополнительные: для китаистов предлагали японский и вьетнамский, для японистов — китайский и корейский, а для арабистов — несколько ближневосточных языков, сейчас уже точно не вспомню, какие.
Я выбрала корейский. Но честно скажу: он оказался для меня сложнее китайского — и с точки зрения грамматики, и фонетики. Поэтому успехи были поскромнее, хотя сам язык мне всё равно очень нравился. Но китайский всё-таки был ближе мне по духу, поэтому именно ему я уделяла больше всего времени.
— Вы также ранее занимались репетиторством. Помогла ли вам учёба в университете в этой деятельности — для преподавания языков и, в более широком смысле, для начала вашей карьеры?
— Я занималась репетиторством по немецкому и английскому — не по китайскому, но преподавание всё равно очень помогало. Во-первых, это давало возможность немного разгрузить голову от основной учёбы. Во-вторых, репетиторство помогало структурировать собственные знания и поддерживать тот уровень немецкого и английского, который был у меня после школы.
Нам ещё в самом начале обучения говорили, что восточные языки сильно «вытесняют» западные — просто потому что они совершенно иначе устроены: и грамматика, и фонетика, и логика построения фраз. И действительно, со временем я это почувствовала на себе. Уже ближе к магистратуре, когда я перестала заниматься репетиторством, заметила, что мне становится сложнее думать на немецком, формулировать фразы, потому что китайский постепенно занимает всё пространство в голове и словно перенастраивает восприятие языка.
— Используете ли вы эти языки сейчас?
— Немецкий, к сожалению, я сейчас почти не использую. Могу разве что послушать музыку на немецком, иногда прочитать статью или полистать какой-то телеграм-канал, если случайно наткнусь. Но в целом — нет. И, честно говоря, меня это расстраивает, потому что в школе я очень любила немецкий язык, он казался невероятно интересным. Наверное, если бы тогда была возможность его не бросать, стоило бы ею воспользоваться.
Но я всё же надеюсь, что ещё не всё потеряно! Возможно, в какой-то момент я всё-таки вернусь к немецкому и смогу его восстановить.
— Если сравнивать учёбу на бакалавриате и в магистратуре, с какими трудностями вы столкнулись и какие основные различия заметили?
— В бакалавриате нагрузка, конечно, была в разы больше. Мы редко могли заниматься чем-то вне учёбы, действительно делали огромное количество домашних заданий, докладов. Даже моя младшая сестра, которая сейчас учится в Вышке на первом курсе, говорит, что у неё нагрузка значительно меньше. Хотя она учится не на востоковедении, но всё равно разница заметная.
Когда я занималась репетиторством во время бакалавриата, то полностью подстраивала это под учёбу и проводила занятия только в свободные окна. В магистратуре же всё было совсем иначе: график намного более щадящий. Уже с первого курса магистратуры я работала полноценно — обычный график 5/2, с 9 до 18. И нужно отдать должное преподавателям: они пошли нам навстречу. Например, во время очередной волны коронавируса мы вышли на удалёнку, и когда формально нужно было возвращаться в аудитории, они оставили нам пары онлайн. Благодаря этому мы могли спокойно совмещать работу и учёбу.
Практически вся моя группа в магистратуре уже работала: кто преподавал, кто занимался чем-то другим. И в этом плане магистратура была действительно легче: нагрузка меньше, и ты сам выбираешь, куда вкладывать больше усилий. Если предмет интересен — ты уделяешь ему больше времени, но это уже твой осознанный выбор, а не необходимость, как тебе кажется в бакалавриате.
— Расскажите о начале вашей карьеры?
— Я пришла на стажировку в компанию «Технологии Доверия» ещё на четвёртом курсе, в 2019 году. Совмещала её с учёбой: работала примерно 20 часов в неделю, то есть около 4 часов в день между парами. К счастью, мой корпус был недалеко от офиса — минут 25 пешком, так что перемещаться было удобно. Бывали дни, когда с утра я шла на пары, потом в офис, потом снова пары, а потом обратно в офис — такой был ритм.
Стажировка была в отделе маркетинга, и напрямую с Китаем не была связана. Я пошла туда, во-первых, чтобы зарабатывать, а во-вторых, мне просто нравилась компания и было интересно, чем она занимается.
Позже я ушла в другую компанию, потому что в «Технологиях Доверия» тогда не было открытых вакансий. Переход в HR-сферу пришелся на разгар пандемии, когда многие направления резко закрывались. В тот момент я решила попробовать что-то более гуманитарное, и в итоге проработала в этой компании больше года.
В 2021 году меня снова пригласили в «Технологии Доверия». Сейчас я работаю в отделе маркетинга и развития бизнеса и поддерживаю практику по работе с азиатскими компаниями. То есть, в итоге, я вернулась в компанию, но сменила направление и занимаюсь уже тем, что совмещает мои профессиональные интересы и знания о регионе.
— Насколько обучение в университете помогло вам в работе?
— Во‑первых, это, конечно, знание языка. У нас сейчас очень много китайских проектов, и это направление активно развивается.
Компания открыла офис в Китае совсем недавно, в июле этого года. Я не участвую напрямую в переговорах с китайскими клиентами, так как не являюсь профессиональным переводчиком, но все равно готовлю коммуникационные документы на китайском языке.
Кроме языка, важны понимание менталитета и культурных различий. Например, мы с командой по развитию бизнеса и специалистами из налоговой и юридической практик и разработали семь лекций по специфике работы с Китаем для студентов, которые до сих пор продолжаются. В частности, были лекции по истории и культуре Китая, по деловому этикету и особенностям ведения бизнеса. Я вместе с коллегой из Китая читала лекции, и это напрямую было связано с обучением, поскольку в работе я постоянно сталкиваюсь с необходимостью учитывать культурные различия и адаптировать подход к клиентам.
— Проходили ли вы какие-либо дополнительные курсы или повышение квалификации?
— Пока я не проходила дополнительных курсов, но у меня есть чёткое намерение сделать это в сфере маркетинга. Я поставила себе цель — определиться с направлением и пройти соответствующие курсы до конца финансового года, то есть до конца июня.
Я уже рассматриваю разные варианты, в том числе курсы, которые предлагают вузы. Даже смотрела программы Вышки как одну из возможностей. Пока окончательного решения нет, но, скорее всего, это будет онлайн-платформа, а если выбирать из вузовских программ, то, скорее всего, я выберу Вышку.
— Рассматривали ли вы возможность продолжить образование в аспирантуре или заняться научной деятельностью?
— Честно говоря, я об этом думала, но пока мне, наверное, не хватает решимости. Аспирантура — это серьёзный шаг: нужно полностью осознанно посвятить время диссертации и научным исследованиям. Сейчас моя работа очень энергичная и требует много времени, и боюсь, что в какой-то момент придётся жертвовать либо работой, либо учёбой.
Сразу после магистратуры я тоже обдумывала аспирантуру, но тогда не было полного понимания, чего именно хочу. Продолжать по направлению востоковедения мне уже не хотелось, скорее думала о чём-то смежном. Но окончательного понимания и внутреннего стержня для этого решения тогда не было, поэтому я пока поставила этот вопрос на паузу.
Я думаю, что если со временем найду в себе мотивацию и желание, возможно, вернусь к этой идее.
— Кем вы видите себя через 3–5 лет? Есть ли конкретные цели, мечты или желания, которых вы хотели бы достичь?
— Мне очень нравится работать с Китаем и с китайскими коллегами, и надеюсь, что у меня есть перспективы роста в своей компании, потому что это направление сейчас активно развивается.
Я хотела бы продолжать работать либо в рамках своей компании, либо, в перспективе, рассмотреть возможности в другой компании, но в любом случае в сфере работы с китайскими клиентами или маркетинга в китайских компаниях. Сейчас, например, я самостоятельно веду корпоративный канал в WeChat— это китайская экосистема, которая включает мессенджер, новости, такси, платежи и многое другое.
Мне нравится китайская культура и специфика работы с китайскими компаниями, и я хочу дальше развиваться именно в этом направлении. Оно достаточно узконаправленное, поэтому пока не могу назвать конкретную должность, к которой стремлюсь, но интересен маркетинг на стыке с Китаем, и я хочу продолжать развиваться именно в этой области.
— Если немного вернуться назад, могли бы вы дать совет нынешним студентам или тем, кто только поступает? Что бы вы хотели услышать в начале своего пути?
— Я бы, наверное, порекомендовала подходить к учёбе более серьёзно и осознанно. Даже сейчас, когда я занимаюсь китайским языком с репетитором, понимаю, что помню моменты из конкретных уроков ещё со студенческих времён. Тогда я относилась к домашним заданиям немного формально, думала, что «как-нибудь само выучится» или «можно доделать на переменке». Сейчас же, когда я взрослая и самостоятельная, понимаю, что нужно гораздо серьёзнее относиться к своему выбору и вкладываться в обучение. Это не только полезно, но и расширяет кругозор, формирует тебя как человека, даже если в будущем ты не будешь работать по специальности.
Кроме того, я бы посоветовала получать удовольствие от процесса. Для многих учёба воспринимается как что-то тяжёлое — экзамены, требования преподавателей. Но важно помнить, что всё это делается для тебя и твоего развития. Если получать от этого удовольствие, процесс становится гораздо интереснее и полезнее.
— Расскажите, что вас мотивирует и как вам удаётся совмещать несколько задач одновременно, поддерживать баланс между работой и личной жизнью?
— Мне помогает одна фраза — я точно не помню, как она звучит, но смысл такой: «Лучший отдых — это переключение на другую задачу». Этот принцип для меня работает отлично. После работы мне очень нравится заниматься китайским языком с преподавателем — это помогает выдохнуть, расслабиться и одновременно продуктивно провести время. Потом я могу вернуться к другим задачам, и таким образом создаётся баланс между работой и личной жизнью.
Вышка тоже очень помогла мне развить навык многозадачности. В моей компании ценится умение работать в интенсивном темпе и совмещать несколько проектов одновременно, и именно этому научила учёба: было много домашних заданий, курсовых, проектов, и нужно было расставлять приоритеты и успевать всё вовремя.
Ещё одним полезным навыком стали доклады и работа с текстами: Вышка научила структурировать информацию, грамотно организовывать большие объёмы материала и задачи. Сейчас я этим пользуюсь на работе: могу утром выписать все свои задачи, расставить приоритеты и выстроить план действий.
Конечно, соблюсти work-life balance удаётся не всегда, но я стараюсь. Иногда могу просто отложить все дела и расслабиться, но чаще всего главное для меня — смена обстановки или вида деятельности, которая позволяет перезагрузиться.
— Какие три слова у вас ассоциируются с Питерской Вышкой?
— Стремление, мечта и возможности
Горбачева Светлана Андреевна
Департамент востоковедения и африканистики: Старший преподаватель
Кривохиж Светлана Валентиновна
Департамент востоковедения и африканистики: Доцент